КӨГЕНГЕ АСЫЛУ, ЖАРЫСҚАЗАН – обычай, известный как «состязание с казаном». В чём же можно соревноваться с этим сосудом? Дело в том, что казахские женщины обычно рожали стоя, повиснув либо на аркан, либо на бау – крепкую ленту, красиво вытканную и украшенную узорами. Часто при родах использовали и такой атрибут, как көген –длинную привязь, которая предназначена для приплода овец или лошадей. Көген вообще имел глубокое символическое и сакральное значение для жителей Степи. Его натягивали внутри юрты справа налево, так чтобы он пересекал всё жилище. В момент, когда у роженицы начинались схватки, близкая родственница начинала готовить какое-либо из самых простых блюд. Например, такое как қуырдақ. На курдючном жире быстро поджаривались печень, лёгкое, сердце, мякоть баранины, туда добавлялась картошка. При этом родственница брала в руки нож и со скрежетом точила его о край казана, громко приговаривая: «Қара қазан бүрын пice ме, қара қатын бүрын туама?» (Что раньше случится: пища в чёрном котле скорее сварится или чёрная баба раньше разродится?) Её задачей было не только быстро сварить угощение, но и создать побольше шума. За что бы ни бралась женщина в этот момент, ей следовало делать это максимально громко. С шумом и скрежетом половника о казан она перемешивала мясо, поджаривая его. Громко гремела чашками и ложками. Намеренно роняла что-нибудь железное на пол. А когда ребёнок наконец рождался, все гости должны были побыстрее отведать свежеприготовленное блюдо. При этом мясо тщательно обгладывалось. По примете, чтобы ребёнок скорее научился крепко держать головку и чтобы его шея поскорее окрепла, на самое высокое место в юрте вывешивали только что обглоданную шею овцы. Пуповину, отрезанную при рождении мальчика, привязывали к гриве коня, а пуповину девочки закрывали в сундуке. Вообще этот обычай полон древней тайной символики, так что значение многих действий сегодня не могут объяснить даже старики.